Пятница, 02.12.2016, 22:48
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
Футболки - коллекция


"Бокс, деньги и голуби". Автор: Валерий Штейнбах
 
 
Увлекательная повесть о жизни и карьере молодого Тайсона до тюремного заключения.
 
1
 
30 июня 1966 года в госпитале Ньюмберленд, расположенном в Форт Грине в Бруклине, одном из районов Нью-Иорка, родился чернокожий мальчишка, у которого были все социальные и физические предпосылки пополнить ряды преступного мира. Но он стал знаменитостью – абсолютным чемпионом мира по боксу в тяжелом весе, причем самым молодым в категории обладателем этого почетного титула. Проведя на ринге 38 боев, Майк Тайсон одержал 37 побед, причем 34 раза – нокаутом.

Похоже, это майк (по-английски - парень), - воскликнул друг 36-летней Лорны Смит Джимми Кирпатрик, взглянув на ее новорожденного третьего ребенка. К сожалению, настоящий отец незадолго до этого бросил семью. Этот возглас и дал основу имени Майк Герард Тайсон.
Вскоре после рождения сына Лорна сошлась с очередным избранником, но у детей фамилия осталась Тайсон. У Майка старший брат Родней и сестра Денис.
Целых семь лет Лорна с детьми вела кочевой образ жизни. Сначала она сменила несколько квартир в районе – все ее что-то не устраивало, затем направилась на север к Форт Грину, потом оказалась в Вильямсбурге. Дважды семья возвращалась в восточный Нью-Йорк, пока, наконец, не осела в Браунсвилле, где Лорна подыскала шестикомнатную квартиру на Эмбой-стрит.
Она верила в бога, и в надежде на справедливость частенько смотрела в небо. Ее дети никогда не видели, как вызревает кукуруза, как растет ягненок, они были городскими, и их окружали лишь опустевшие автомобильные стоянки, заброшенные дома с постыми окнами. Одно воремя они жили в доме без воды и парового отопления. Ложились спать в одежде и подолгу, озябшие, лежали без сна.
Вряд ли можно было назвать Браунсвилл подходящим местом для воспитания ребенка. Эта часть Бруклина была известна как классические городские трущобы. Здесь издавна процветали преступления, нищета и отчаяние. К тому времени, когда Тайсон начал бегать по улицам Браунсвилла, картина не изменилась, Оглядываясь на этот период жизни, чемпион мог лишь вспомнить «ужасные жилищные условия, нищету и постоянное напряжение». Не забыл он и историю, когда впервые попал в больницу.
– Я точно не помню, почему там оказался… Может быть, бронхитом заболел или еще чем-то, мне же было всего года три-четыре. Но я помню мою крестную, которая однажды принесла мне игрушечное ружье и куклу. Ружья я случайно тут же сломал. Это меня жутко расстроило и я разревелся. Плакал долго и в конце концов так разнервничался, что схватил куклу, швырнул не пол, а потом оторвал ей голову. Это было очень давно, но я помню эту сцену, будто она произошла вчера. Я почувствовал неописуемый ужас, когда кукла оказалась без головы. Но вместе с тем, это было чувство исполненного долга.
Ну что ж! Чувство долга у каждого разное. Майку кажется, что именно такое чувство он испытал тогда. И я думаю, что уже в этом проглядываются истоки той жестокости, которой он сегодня отличается.
Наблюдая Тайсона на ринге, многие утверждают, что он прирожденный боец. Однако они ошибаются. В детстве, когда о попадал в «переплет» первым его желанием было бежать. Маленького роста, нервный, и косоглазый, он шепелявил и говорил очень тихо, как застенчивая девочка. И дети сразу понимали – это жертва. Его колотили все, даже девчонки. Это доставляло им удовольствие, они забирали его деньги (те гроши, которые мать иногда давала на мороженое или жвачку), игрушки, даже одежду. Они били его, и смеялись, и снова били, и он в слезах убегал.
Дома было не лучше. Старший брат Родней лупил его всякий раз, когда не было матери. Майк прятался за холодильник, иногда он там и ел. Родней был слишком большой, чтобы залезть за холодильник, но недостаточно сильный, чтобы сдвинуть его с места. Когда Майк, зареванный, обиженный на весь мир, утыкался в теплые мамины колени, она брала его на руки и укачивала.
Как и мать, Майк часами мог смотреть на небо. Больше всего на свете он любил голубей. Он как бы видел землю глазами этих птиц. Взмахи крыльев уносили его прочь от грешной земли со всеми ее страхами и лишениями. Птицы – это свобода. Если на небесах есть справедливость, размышлял Майк, человек может смириться с ограниченностью своей свободы. А если ее нет…
Он держал своих голубей на крыше заброшенного дома и надеялся, что призраки отпугнут непрошеных гостей. Когда птицы болели или приносили потомство, он оставался с ними на всю ночь: внизу заливались полицейские сирены, а здесь, на чердаке, мирно ворковали голуби. В холодные дни он приносил птиц в дом. Часто вместе с ним за голубями ухаживала и Денис.
Майк любил своих птиц страстно. Как-то он сказал, что, вероятно, в той, предыдущей, жизни он был голубем.
Однажды он пережил страшное потрясение. В их семье жил огромный ньюфаундленд по кличке Киллер – убийца. Однажды, когда Майк принес голубей в дом, Киллер открыл своим толстым носом клетку и задушил почти всех птиц. Потом он сложил еще теплые тушки в кучу и с чувством исполненного долга завалился спать. Он вовсе не был голоден, он убил их потому, что умел это делать.
Прошло несколько дней. Еще свежа была горечь утраты, когда Майк стоял во дворе и гонял оставшихся голубей. К нему как бы нехотя, вразвалочку подошел подросток, крупный, лет на пять старше Майка. Он схватил голубя и стал трясти его перед носом Майка. В своих побуждениях парень ничем не отличался от глупого ньюфаундленда. Он делал это потому, что прекрасно понимал – Майк, маленький и слабый, вечно всех боящийся, убегавший даже от девчонок, не сможет ему ничем противостоять.
Парень, ухмыляясь, сделал резкое движение и птичья головка осталась у него в руке. И вдруг Майк превратился в клубок бьющихся рук и ног – он царапал, кусал, рвал своего врага. Майк был воплощением справедливости! Это не инстинкты заставили его драться. Это – разгневанная невинность.
Впервые в жизни Майк ощутил удовлетворение. Когда человек не убегает от обидчика, когда он дает выход своему гневу и ненависти, то, по мнению Майка, он и окружающий его мир становятся одним целым, и воцаряется гармония. Это же так просто!
Конечно, Майк не стал сразу же после этого случая отчаянным драчуном. Он поступил в школу и поначалу неплохо учился. А потом произошло еще одно событие, повлиявшее на его дальнейшую судьбу.
Как-то мать привела Денис и Майка к окулисту. Она сама носила очки и постоянно беспокоилась о зрении детей. Окулист подтвердил ее опасения, и через несколько дней Майк, к великому восторгу своих одноклассников, явился в школу в очках с толстой оправой. Теперь насмешки просто обрушились на него.
– Я начал пропускать уроки, чего раньше никогда не делал, – вспоминает Майк. – Гулял чаще один, иногда с кем-нибудь из ребят. Матери потом плел разные истории о том, как замечательно у меня идут дела в школе.
Разумеется, Майк стал отставать в учебе все больше и больше. Наконец дошло до того, что его включили в программу для отстающих. Эта программа предназначалась для недоразвитых детей.
Мать старалась, чтобы Майк всегда н6адевал чистое белье, опрятную одежду, чтобы ботинки его всегда были начищены. С точки зрения Лорны, мальчик выглядел аккуратным и модным. Сам же Майк считал, что он кажется смешным.
– Но дело было не только в том, как я одевался, главное – в этих идиотских очках, которые я напялил по воле моей матери. Я никогда не забуду, как с меня срывали очки и разбивали о проезжающую автомашину. Или как однажды очки запихнули в выхлопную трубу.
Но когда-то его терпение должно было лопнуть. И вот однажды он крепко поколотил своих обидчиков. Сразу нескольких.
– Я не щадил теперь никого, - рассказывает Майк. – Я дрался с теми, кого раньше боялся, кто был больше меня и сильнее. Но я побеждал! Мне помогала ярость.
- Я никогда не чувствовал, - продолжает Майк, - что наша семья бедная. Я думал, что все живут так, как мы. Проблемой была только моя тяга к улице. Дома практически никто не подозревал, какие вещи я творю, как только выхожу на улицу. Они думали, что я просто озорник.
Все началось с того случая, когда я украл фрукты с лотка в том районе, где мы жили. Что это было: яблоко, может быть, апельсин – не помню. Но как хозяин гнался за мной, я помню отлично. Ну, казалось бы, если ребенок взял яблоко, значит, он голоден. Ну, пусть съест. Что тут такого? Нет, он долго «висел» у меня на «хвосте». Через несколько кварталов он устал и прекратил погоню. Я недоумевал: из-за какого-то паршивого фрукта?
Постепенно воровство вошло в привычку. Он крал фрукты, пряники, конфеты… в неполные девять лет он бросил школу. Появилось сколько угодно времени, чтобы болтаться по улице с дружками, которые были намного старше его. Проступки Майка становились грубыми и вызывающими.
На тринадцатом году жизни Майк впервые попался. А было так: он дрался с парнем – владельцем небольшой лавчонки, - вытащил из кармана револьвер и приставил дуло к виску своего врага. В этот момент появилась полиция. Ну, а дальше – суд и направление в нью-йоркскую «Трайенк реформ» - исправительную колонию для несовершеннолетних.
Именно там маленького драчуна заметил Боб Стюарт. Этот бывший профессиональный боксер, так и не сумев накопить хоть какие-нибудь сбережения, преподавал физкультуру юным преступникам. И вот ему показалось, что в лице Майка он встретил надежду реализовать свою великую американскую мечту: стать известным, разбогатеть.
- Слушай, маленький негодяй, - обратился он к Тайсону в один прекрасный день, у тебя такие огромные лапы. Почему бы не употребить их на нечто более достойное, чем грабеж? Попробуй заняться боксом…
- Ну, хорошо, - ухмыльнулся Майк. – Но начнем прямо, сейчас, с тебя, Боб. Только пообещай, что не захнычешь.
Они натянули перчатки, и Тайсон набросился на ветерана. Боб спокойно увертывался, а потом встретил его контрударом. Тайсон упал на пол.
- Мало одной силы, парень, нужен и класс, - промолвил старый мастер.
Скорей всего, в эти минуты Майк и решил стать боксером.
В течение последующих недель Тайсон усердно тренировался. Боб Стюарт уже не сомневался, что их этого отчаянного паренька может получиться толк на ринге. Позднее он ответ его к Кус д’Амато, которому было уже за семьдесят. Старик ушел на пенсию и жил в горах в небольшом городке Касткилл, что в двухстах километрах от Нью-Йорка. Здесь в спортивном зале он для собственного удовольствия занимался с молодыми ребятами. Он просто не мог без бокса. Об этом знали и старые друзья д’Амато – Билли Кейтон и Джимми Джекобс, владельцы фирмы «Биг файтс», занимавшейся организацией боксерских поединков. Они и полачивали расходы по содержанию спортзала в Касткилле. С одной стороны, это была помощь старому другу, с другой – надежда, что кто-то из его мальчишек когда-нибудь станет знаменитостью.
Стюарт знал, как договориться с д’Амато. И попал в самую точку.
- Я привел к тебе еще одного из исправительной… - сказал Стюарт. – С ним стоит попробовать.
В 1950 году Кус д’Амато вытащил из колонии одного малолетнего преступника, которого звали Флойд Паттерсон. В своем «инкубаторе» он обучил Флойда секремам бокса, и тот выиграл золотую медаль на Олимпиаде-52 в Хельсинки. Уроки Куса не прошли даром, через четыре года Паттерсон стал самым молодым чемпионом мира в тяжелом весе среди профессионалов.

Посмотрев на Тайсона, заставив его побегать по рингу и поколошматить «грушу», Кус д’Амато согласился. Как настоящий гурман, он чувствовал «тесто», из которого со временем можно выпечь отличный пирог. Вскоре д’Амато сконцентрировал на Майке все свое внимание.
- Этот малый не может потерпеть неудачу, - повторял он, наблюдая, как прибаляет в мастерстве его новый ученик. – Он должен оправдать мои надежды.
- Старик меня полюбил, - рассказывает Тайсон. – Я тренировался в его зале, расположенном на втором этаже. Сюда часто заходили друзья д’Амато. Среди них выделялись Билли Кейтон, который прославился в качестве ведущего телевизионной серии «Самые великие бои века», и его компаньон Джимми Джекобс. У них была уникальная видеоколлекция – 26 тысяч матчей по боксу. Я и не подозревал, что именно эти двое станут позже моими менеджерами…

1 - 2 - 3